Елена Куликова

 

Поиск места для летней стажировки — одно из первых серьезных испытаний для студентов

бизнес-школ. Истории о том, как это бывает, — в очередной серии документального сериала «МВА глазами поступивших», «снятого» в партнерстве с MBA Consult.

 

На кампусе и вне

 

Будущие инвестбанкиры предпочитают презентации и ланчи с представителями компании посещению лекций

 

Петр Остапенко, студент Chicago GSB (Чикаго, США):

 

Еще в сентябре, в первый день моего обучения в школе, глава отдела по трудоустройству студентов (здесь это называется Office of Career Services) Джулия Мортон с радостью сообщила: «В прошлом году мы получили жалобы от первокурсников по поводу того, что работодатели начинают приезжать в бизнес-школу для отбора студентов слишком рано и мешают сосредоточиться на учебе. Мы решили пойти вам навстречу, и в этом году презентации работодателей для студентов первого курса, ищущих летнюю практику, начнутся 23 октября. А для студентов второго курса, ищущих постоянную работу, — завтра». Для меня это было полной неожиданностью! Одной из причин, почему я выбрал двухгодичную программу МВА, была возможность сконцентрироваться на учебе, забыв на время о работе. Увы, забыть о ней удалось всего лишь на четыре недели... И нам еще повезло — в прошлом году ребята начали искать место для практики с первого дня учебы!

 

Как же проходит этот поиск? Возможны два варианта: так называемые on-campus и off-campus recruiting.

 

On-campus recruiting: круги ада. В этом году, по моим подсчетам, к нам на кампус приезжало около 150 компаний. Взаимодействие строится так: в октябре-ноябре работодатели проводят презентации в школе (крупные работодатели — отдельные презентации для разных подразделений), за которыми часто следуют неформальные мероприятия (ужин, коктейли или завтрак). Такие on-campus-встречи, с одной стороны, позволяют студентам узнать больше о компании и программе летней практики, которую она предлагает, а во-вторых, дают возможность произвести хорошее впечатление на потенциального работодателя.

 

Затем компании объявляют крайний срок подачи резюме  — обычно это декабрь; в январе-феврале называют тех, кого приглашают на интервью, приезжают в бизнес-школу второй раз и «собеседуют» с выбранными студентами. Кстати, в отличие от некоторых других бизнес-школ, в Чикаго можно попасть на интервью, даже не получив приглашение от работодателя.

 

После собеседования компания может либо объявить о своем решении сразу (так обычно поступают инвестиционные банки и консалтинговые компании), либо взять паузу на размышление (продолжительностью до месяца). Делая предложение, работодатель сразу сообщает, сколько времени есть на принятие решения. Обычно дают от двух недель до двух месяцев, в этот период можно продолжать общаться с другими работодателями. Но, сообщив компании о том, что «я весь ваш», студент должен прекратить поиски — если только он не собирается пройти практику в двух местах, что случается крайне редко.

 

Где проходят практику студенты Chicago GSB (по состоянию на лето 2006 года)

 

 

* 11 студентов прошли за лето две практики, один студент — три.

** По информации, предоставленной студентами. Не указана для отраслей, составляющих менее 1% от общего числа.

*** Здесь отличительной особенностью является выплата бонуса при подтверждении студентом согласия пройти практику. В 2006 году такие бонусы получили 23% студентов, их средний размер составил $5000.

**** В первую очередь включает производителей электронного оборудования (около половины нанятых), а также интернет-компании, телекоммуникационные компании и разработчиков ПО.

 

Где проходят практику студенты IESE (по состоянию на лето 2006 года)

 

 

*  Общее число студентов — 218; при составлении таблицы учтены лишь те студенты, кто сообщил школе свои зарплаты.

* * Указан суммарный доход за летний проект в целом (бонусы не учтены, поскольку они предусмотрены не во всех компаниях). Также работодатель, как правило, оплачивает расходы

на проживание.

 

В зависимости от отрасли поиск места для стажировки имеет ряд особенностей. Наиболее агрессивно этот процесс проходит, пожалуй, в investment banking. Когда в сентябре подошло время выбора напарников для совместной подготовки домашних заданий, знакомый второкурсник посоветовал не брать в группу людей, которые хотят пойти в инвестиционные банки: «Скоро они надолго выпадут из процесса обучения, и всю работу придется делать тебе». Я сначала не поверил, но на деле это оказалось именно так. Они предпочитают презентации и ланчи с представителями компаний посещению лекций и подготовке к классам. Кстати, во время этих презентаций банкиры запросто общаются со студентами, собирающимися вокруг них (острые языки окрестили это «кругами ада»). Если во время такого общения сумеете показать свою заинтересованность и знание индустрии, шансы быть приглашенным на интервью резко возрастают (и наоборот). В целом более 60% студентов находят себе практику с помощью оn-campus recruiting.

 

Off-campus recruiting: я сам! Но в конце фе­враля массовый наплыв компаний в школу сходит на нет, а около 40% студентов по-прежнему не трудоустроены. Некоторые де­лают это сознательно — например, компа­нии, работающие в сфере частного акцио­нерного капитала (private equity), традицион­но набирают практикантов в апреле-мае. А кому-то просто не везет. В любом случае отчаиваться не стоит. Во-первых, студенты продолжают получать рассылку с вакансия­ми от работодателей, не приезжающих в бизнес-школу (до 40 вакансий в день!), во-вто­рых, поиском работы можно заняться само­стоятельно, используя бездонные базы дан­ных Career Services или связываясь напря­мую с кем-либо из 40 тыс. выпускников на­шей бизнес-школы, работающих по всему миру. Неудивительно, что место для практи­ки находят почти 100% студентов. Кстати, по сравнению с другими бизнес-школами у нас традиционно больше студентов, иду­щих в финансовую сферу.

 

Моя история: нет проблем! Не буду скры­вать: подготовка к интервью заняла у меня очень много времени, что негативно сказа­лось на учебном процессе. Посещение пре­зентаций и прочих мероприятий, составле­ние резюме и сопроводительных писем, поиск информации о работодателях и бесчис­ленные симуляции интервью со второкурс­никами и работниками Career Services — все­го и не перечислишь. Но сам процесс собесе­дования (ему предшествовала трехмесячная подготовка) занял всего неделю, после чего на руках были предложения от трех инвести­ционных банков в Лондоне, а также компа­ний ВР и Chevron (ранее Петр работал в ТНК-ВР. — «Карьера»). Поразмыслив, я выбрал инвестиционный банк Lehman Brothers, точнее — группу, работающую в сфере природных ресурсов. Здесь в июле начнется моя десятинедельная практика.

 

Взгляд в будущее: перспективы через два года. В целом с практи­кой у нашего курса все хорошо: более   половины  студентов приняли предложения о работе уже к началу марта, причем большинству приходилось выбирать из нескольких непло­хих вариантов. Да и многие из второкурсни­ков получили предложения о трудоустрой­стве после окончания школы. Но не будем забывать: сейчас спрос на студентов МВА очень высок, спад, наметившийся в 90-е, за­кончился. Джулия Мортон подтверждает: «Компании настолько активно ищут перспективные кадры, что сейчас мы обсуждаем варианты оптимизации дея­тельности работодателей с тем, что­бы она не шла в ущерб учебному процессу. Я знаю, что другие веду­щие бизнес-школы (в частности, Гарвард и Стэнфорд) тоже озабо­чены этим. Что же касается буду­щего — рынок труда всегда слож­но прогнозировать, но никаких признаков ухудшения ситуации я не вижу. Конечно, вечно это не продлится, но сегодняшние абиту­риенты не должны этого бояться. Мы поможем своим студентам найти работу при любом состоянии рынка». Я могу лишь подтвердить слова Джу­лии. Нас учат не только управлять биз­несом, но и продавать себя работодателю. Некоторые вообще считают, что это — главное, ради чего стоит учиться на программе МВА.

 

Кстати, мне очень приятно получать большое количество писем с вопросами. Пишите, обещаю ответить всем — postapen@chicagogsb.edu.

 

Мечты сбываются

 

Антон Акименко, студент IESE (Барселона, Испания):

 

Процесс найма студентов на летние стажировки, пожалуй, один из центральных в IESE во время первого семестра. И во многих случаях он оказывается губительным для учебного процесса. С одной стороны, здорово, что инвестиционные банки, консалтинговые и фармацевтические компании (у IESE очень хорошая репутация в том числе среди последних) с первых дней обучения вступают в ожесточенную борьбу за будущих сотрудников. С другой стороны, бесконечные презентации, ланчи, коктейли и прочие мероприятия вплоть до выездов на яхтах не проходят бесследно. Стремление работодателей привлечь лучших с самого начала не оставляет студентам выбора — списки кандидатов на интервью в IB (investment banking) и консалтинг формируются уже к концу ноября. И хаос новых впечатлений затягивает даже тех, кто никогда не думал, и даже, может быть, зарекался (из-за жесткого графика), работать в этих сферах. Первокурсники сломя голову бросаются редактировать резюме, писать сопроводительные письма и зубрить корпоративные финансы, хотя данный курс в соответствии с программой приходится на третий семестр. Желание бывших банкиров переквалифицироваться в консультанты и, наоборот, из консультантов стать банкирами, наравне с категорическим отрицанием многими обеих профессий, вносит еще большую сумятицу Результат — потрепанные нервы, пара С-баллов (четырех С за год достаточно, чтобы вылететь с программы), решение бросить МВА, несколько разводов с женами и еще больше разрывов с подругами и вполне возможно — ни одного интервью в кармане в силу усилившейся из-за ажиотажа конкуренции.

 

Кроме того, большинство промышленных компаний, как правило, набирают студентов на летние стажировки весной, когда у них появляются реальные проекты на летний период. А студенты, получившие предложение из IB или консалтинга, обязаны его принять или отвергнуть в течение месяца, поэтому у них нет времени рассмотреть другие, возможно, лучшие варианты (совет тем, кто все же хочет работать в консалтинговых компаниях: часто прямое обращение в местный офис эффективнее, чем подача заявления через школу, особенно если речь идет о московском представительстве).

 

Разрываясь между учебой, семьей и неопределенностью выбора между IВ и консалтингом, я в итоге пожертвовал коктейлями и яхтами в пользу основ бухгалтерского учета и статистики — они вызывали у меня определенные сложности, поскольку никак не связаны с первым образованием (в МГУ им. М.В. Ломоносова Антон специализировался на экономгеографии зарубежных стран. — «Карьера»). Впрочем, склонность к морской болезни и уход за дочкой в какой-то степени тоже оправдывали это решение. Но в итоге нежелание работать в IB или консалтинге сыграло на руку. Конечно, пришлось понервничать, когда в начале января 2007 года мою кандидатуру отвергли несколько крупных работодателей, но к концу февраля все образовалось. Я буду проходить стажировку в Нидерландах, в департаменте корпоративных финансов и стратегического планирования одной из крупнейших нефтехимических компаний — Basell. В сырьевой промышленности я хотел работать еще со времени учебы в университете (дипломная работа была посвящена черной металлургии), но раньше такой возможности не было — не хватало в том числе знаний в области финансов.

 

Возвращаясь к учебе. Будьте готовы, что во втором семестре мотивация резко снижается — сказывается перенапряжение первых трех месяцев. Наблюдая за однокашниками, я заметил, что состав студентов, которые активно участвуют в дискуссиях, постепенно меняется. Те, кто раньше все время тянул руку, теперь практически не произносят ни слова. Зато многие из тех, кто поначалу стеснялся говорить, все более активно высказывают свое мнение. Такое временное расслабление весьма опасно. По своему опыту знаю, что, запустив какой-то предмет в начале семестра, очень сложно потом нагнать класс, особенно если дело касается количественных дисциплин.  Многие в конце семестра откровенничали, что боятся завалить экзамен по тому или иному курсу, поскольку чересчур расслабились в начале года.

 

К середине февраля я начал понимать, насколько сильно восприятие предмета зависит от преподавателя — у меня неожиданно появился фантастический интерес почти ко всем финансовым дисциплинам, которые раньше вызывали опасения. Одновременно я понял, какова логика постановки тех или иных курсов в расписание. Физически почти невозможно уместить все финансовые дисциплины в одном семестре — особенно с учетом того, насколько отличается предыдущий опыт студентов. Поэтому курс операционного менеджмента «уравновешивают» курсом по ведению переговоров, а курс по рынкам капитала — курсом по маркетингу. Таким образом школа выравнивает нагрузку на студентов в течение года.

 

В середине июня я рассчитываю завершить обучение испанскому языку, хотя, судя по всему, мне еще очень далеко до моей жены. По крайней мере, когда она случайно захлопнула дверь в квартиру (ключи и дочка остались внутри), она смогла вызвать пожарных, чтобы ребенка вызволили. При этом Лена учила язык всего около двух месяцев до приезда в Испанию (английский в Испании не в чести). Так что это подвиг! Впрочем, с ключами нам вообще не везет. За два дня до сдачи экзаменов нас обокрали в спортивном центре (вытащили сумку из шкафчика), а на следующий день мы потеряли дубликаты ключей. Так что вместо подготовки к операционным финансам пришлось загорать на лавочке в парке, ожидая, когда вернутся с пляжей Коста-Брава арендодатели. На результате экзамена это, к счастью, никак не отразилось. Кстати, информация для тех, кто хочет работать в Испании: замена дверного замка обходится в € 340 за 40 минут работы. И никаких МВА, бессонных ночей и изнурительной подготовки слесарю не требуется.

 

Мы начали привыкать к жизни в Барселоне. Традиционная сиеста и суета уже не так раздражают, как и не работающие по выходным магазины. С начала сентября 2006 года было меньше десяти дождливых дней (скорее, дождливых часов). Город хоть и шумный (мотороллеров явно больше, чем автомобилей), зато очень компактный: десять минут — и ты в центре. Прогулки по ночным улицам безопасны и доставляют массу удовольствия. И, несмотря на то, что поначалу мы собирались вернуться в Россию сразу после получения диплома, начинаем задумываться о том, чтобы задержаться в Европе. А то и в Америку или Азию махнуть.

 

Сейчас 4 часа 22 минуты по московскому времени. Около 30 часов назад, после 12-часового путешествия, сдав домашнее задание за 12 часов до выезда, мы прибыли домой на каникулы. В рюкзаке — пачка кейсов, два учебника, ноутбук и визитки. В чемодане — пачка памперсов, костюм, рубашка, галстук, пара джинсов и маленькие сувениры друзьям. На чемодане — детское автомобильное кресло. Вставать — через пять часов: предстоят встречи с бывшими коллегами, друзьями и т.д. А через неделю — снова в школу, снова в бой. Как говорит наш профессор Генрих Лихтенштейн (он и правда из королевского семейства этого княжества), Be prepared, be very very prepared...